eliabe_l (eliabe_l) wrote,
eliabe_l
eliabe_l

Гладков. Наш человек в Нью-Йорке

Начала читать книгу (благодарю kommari) и сразу же наткнулась  на манипуляции исторической реальности.  Автор, некий Гладков, ведет речь о процентной норме для евреев при поступлении в учебные заведения):

"В советской литературе ограничения для евреев при поступлении в средние, тем более высшие учебные заведения объясняли исклю чительно антисемитизмом царских властей. Возможно, даже наверняка, среди высшего чиновничества и были антисемиты по убеждениям, как благополучно существовали таковые в партийных и государственных кругах и при советской власти, сохранились они и в нынешней демократической России. Однако главной причиной и целью так называемой процентной нормы было противодействие не столько евреям, сколько радикальным элементам, прежде всего молодым, следовательно, потенциально особо решительно настроенным смутьянам."

Печально, что историк не отличает ЛИЧНОГО антисемитизма чиновников при советской власти в 1970-1980е, от антисемитизма как ГОСУДАРСТВЕННОЙ политики во времена Александра Третьего и Николая Второго, причем решение об этой политике принималось не отдельными чиновниками, решения принимались на самом верху. Затем он он МЕНЯЕТ МЕСТАМИ ПРИЧИНУ И СЛЕДСТВИЕ: вследствие существования процентной нормы и других форм дискриминации имела место быстрая радикализация еврейского населения. Дискриминация обычно вызывает реакцию возмущения и волю к противодействию.
В нынешней России полно антисемитов, но антисемитской политики нет, ибо нет такой политической стратегии внутренней политики.
Дальше Гладков НАРОЧИТО СМЕШИВАЕТ процентную норму и " Декрет о кухаркиных детях" (который ограничивал доступ к образованию низших классов), утверждая, что ограничивался лишь прием бедных детей, следовательно не бедным еврейским детям было легко войти в высшие учебные заведения, а бедным - трудно и вот здесь "еврейские, русские, украинские, белорусские юноши" были в одинаковым положении. Но это тоже неправда. Во-первых, евреям, как и кухаркиным детям преграждался путь уже в гимназию, а не только в университет. Значит, речь идет не о юношах, а о детях. Во-вторых, даже для богатых евреев процентная норма действовала - есть множество воспоминаний именно детей из не бедных еврейских семей (вспоминаются рассказы Эренбурга, Пастернака, Кассиля, Маршака и т.д.). А для богатых русских и вообще православных не действовала. Другими словами, "русские, украинские, белорусские" и еврейские дети и юноши было совсем не в одинаковом положении. Евреи подвергались дискриминации и поражались в правах, а православные при таких же исходных данных (определенное социльное положение и богатство семей) - нет.

Вот так уже на 12 стр. и перестаешь автору доверять. Ибо литература об этом огромна, и советская и не советская. Свидетельств и документальных подтверждений множество. Так что, речь идет не о незнании, а о сознательном сбивании с толка, сознательном искажении.

На той же 12 странице автор сообщает, что все было не так страшно - и "Декрет о кухаркиных детях" и "процентная норма" не являются несправедливостью, дискриминацией по национальному или социальному происхождению или культурной депривацией, это просто ерунда. Никому они не мешали, ибо:

"Давно подмечено, что получение высшего, вообще хорошего об­ разования зависит не только от национальности, принадлежности к той или иной религиозной конфессии, социальной группе или степени зажиточности семьи, но в значительной степени от жела­ ния молодого человека учиться. " (с. 12)

Другими словами, автор СОЗНАТЕЛЬНО ЛЖЕТ, ибо утверждает, что поражение по закону и дискриминация по закону являются малоэффективными политическими инструментами, в то время, как их эффективность на протяжении истории многократно доказывалась и именно поэтому эти инструменты продолжают применяться, например, в современной Прибалтике по отношению к другому национальному меньшинству - русским. Им не позволяют получать образования на родном языке ни использовать его в публичном пространстве, чтобы подорвать их способность влиять на политику прибалтийских государств. Другими словами, и сегодня используют те же политические инструменты для тех же политических целей, что и царское правительство - исключить влияние определенных слоев населения  на политику государства, сделать их бесправными и безгласными.

Перелистнула дальше и сразу бросился в глаза другой перл. На этот раз, думаю, речь идет о незнании. Гладков на стр. 38 именует русского меньшевика Давида Даллина "известным американским советологом". В разгар Холодной войны Даллин, как и многие другие меньшевики, активно сотрудничали с американскими институциями, которые развязывали эту войну. Во времена маккартизма и охоты за "иностранными агентами" - то есть людьми левых взглядов, Даллин написал книгу о "коммунистических шпионах" , из которой явствовало, что коммунисты наводнили весь мир своими шпионами, то есть поддержал компанию маккартистов против американских левых "весомыми доказательствами". Источники его данных неизвестны, выводы сомнительны, они в большой степени объясняются политической повесткой автора. Даже важные лица американской разведки считали эту книгу малодостоверной. Но ,Гладков цитирует "известного американского советолога" как полностью надежный источник.

Можно лишь надеяться, что имена советских разведчиков и то, что касается их историй, автор приводит правильно. Пролистнула дальше  и могу сказать, что и автор знает далеко не обо всех разведчиках той поры. Меня интересует любая информация о Гореве, поэтому и стала читать эту книгу. Но про Горева автор не пишет, хотя и пишет про попытки получить техническую информацию по танкам, в которой Горев принял активное участие и был награжден за свою работу в СССР.
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments